Gh

Будто ночь в окно провалилсаь вся без остатка.
И стаканы звенят недопитой ее тишиной.
Беспризорная стрелка снует по зрачку циферблата,
И севозь призму стекла издевается надо мноц.
Рыщет ночь по извилинам писем и очерков.
Режет точками все недописанные стихи.
И своим, будто, в пляске огня прорастающем почерке,
Переводит на несуществующие языки.
Их читают бродяги, как жуткие заклинания
В перекрестьях дорог,
Под крестами из звездных путей
И находят в них бесприкословные оправдания
Недопонятых жизней и самых понятных смертей.
Развяжи моё утро немым колокольчиком ветра,
Ковыляющего по сточным трубам,
В стремленьи покинуть круг.
Ты обводишь мелом сорваные цветы и ждёшь ответа
От тех, кто уже никогда не поверит в простое пожатие рук.
До упора на два поворота ключа -
Это вечная формула нашей свободы.
И мы прячем себя в покупных мелочах,
А затем эти мелочи прячем в комодах.
Но я ветер, сквозящий сквозь стены удельных границ.
И мне здесь ничего не видно в дыму,
И мне здесь ничего не нужно.
Этот город торгует значением лиц,
А по факту продаж множит на равнодушие.
Здесь слова - проститутки с оплатой за час
А дела - как итог от бессилия памяти языка
Кто-то так, ради шутки озвучил нас
Пока пьяный стоял у дверного глазка.