Онегину

Души он женской был угодник,
Был воздыхателям у дам.
И к женским юбкам был охотник,
Вдаваясь сладостным мечтам.
Он проглядел младую деву,
Которая, не побоясь молвы,
Его любила и хотела,
Быть верной в статусе жены...
А он собою восхищаясь,
И негой сладкою томим.
Другим утехам предаваясь,
Ни с чем остался "Херувим"!!!
Но понял он, что невозможно,
Вернуть любви былой накал.
Татьяну вспомнил, слишком поздно,
И страстью плотской воспылал...