Он смотрел на публику со сцены

Он смотрел на публику со сцены –
Той, что называется страной.
Не дождались подлецы измены –
Не покинул Родины больной!
Биться одному стократ труднее
За достоинство своей страны,
Для Поэта темы нет роднее –
Сердце, нервы, ум обнажены́!
Сколько б смог сыграть других ролей,
Сколько песен спеть, да веселей…
Если б мы смогли, как он точь-в-точь,
Правдой жить и тем ему помочь!
Каждый должен правду выбирать
Прежде, чем начнёт спектакль играть.
Прежде, чем начнёт спектакль играть,
Он смотрел на зал из-за кулис.
Кто билеты мог тогда достать?
Слышали? «Присаживайтесь, плииз!»
Кроме толстосумов и «князей»
Были те, кто ночь у касс не спал.
Именно глаза таких людей
Находил Поэт и оживал.
Значит, можно жилы рвать игрой –
Выдавать себя во весь накал!
Так Артист, чтобы создать настрой,
Взгляд, осмысленный душой, искал:
Истинного Человека гены
Распознать пытаясь среди пены.
Распознать пытаясь среди пены
Тех, кто, как и он, сейчас горит,
Видим, топчут сцены и арены
Те, кто со страной не говорит
Без занудных, частых: «Мы должны…» -
Без попыток мудро поучать;
Выражая чаянья страны,
Помогая каждому: начать
Жить без страха безвозвратно сгинуть;
Неизменно, искренно любя
Ближнего, корысть и злость отринуть –
Жить по правде, осознав себя;
Помогая, как бельё, стирать
Душу, разум, чтоб не умирать.
Душу, разум, чтоб не умирать,
Может кто-то чёрту заложить
И с дензнаками легко играть –
В роскоши среди разрухи жить.
Ну, а кто-то умереть решит,
Опустившись на людское дно.
С теми, у кого кафтан расшит,
Безразличье у бомже́й одно.
Есть, однако, выбор у любого –
Тот, что всем Творец от века дал:
Не впускать в себя дурного, злого,
Чтобы каждый Человеком стал!
Коль сейчас люблю, то на посту я:
В каждой роли не зазря-впустую…