Работай сын а я прикрою

Разведотряд шёл быстро и бесшумно,

А лес давил тягучей тишиной,

Казалось, план рассчитан хитроумно,

Но вдруг в тот план ворвался минный вой.



Летел свинец, обламывая ветки,

Рубила жизни Смерть своей косой,

И на бойцах осколочные метки

Ложились густо-красной полосой.



Обстрел утих, в живых осталось двое...

Один из них был ранен тяжело,

Второй имел ранение сквозное,

Задела пуля правое бедро.



Перевязав бедро, дополз до друга:

- Ты как, братишка? Надо уходить...

Тут разнесло почти что всю округу,

Лишь нам двоим билет достался жить...



- Брат, если честно, мне совсем не очень ,

Быть может я уже и не жилец...

Ты уходи, чтоб время не просрочить,

По нам работал очень сильный спец...



Разрезал воздух звук летящей мины...

-Ну, вот и всё... - сказал второй боец,-

Не убежишь от горестной судьбины, -

Нащупав крест, шепнул :

-Прими, Отец...



Прошла минута, далее другая,

Ещё одна... Но взрыва так и нет,

А облака касались неба краем,

Искал солдат глазами в них ответ.



Как мерзкий червь, та мина вгрызлась в землю,

Испортив видом девственный сосняк...

И вдруг боец, порыву гнева внемля,

Ругнулся матом, пальцы сжав в кулак.



-Уходим, брат, окольной стороною! -

И стиснув зубы друга потащил.

"Работай, сын, а я тебя прикрою!" -

В его мозгу вдруг голос пробасил.



-Оставь меня, братишка, я - тяжелый,

Ты без меня уйти бы точно смог,

Я для тебя - баласт, и как оковы...

Второй ответил :

- Веришь, с нами Бог!



Свистели пули рядышком и мимо,

Он друга нес пока хватило сил,

И словно стал для пуль неуязвимым,

Уставши - полз и брата волочил...



"Работай, сын, а я тебя прикрою!" -

В нем повторялась эхом мантра слов...

И далеко за точкой огневою

Их подобрал отряд штурмовиков