78

За Уралом, Яиком, Рымником
Сибирь тайны столетий хранит,
Зарастают травою могильники,
В степи ветер о прошлом шумит.

Навевает мне образы новые,
Пробиваясь сквозь ложь и сквозь мрак,
На телеге клетка дубовая,
Ну, а в ней бородатый казак.

Тихо катят подводы под гору,
Арестанту не надо спешить,
А возничий великий Суворов
Титул, Рымникский, будет носить.

Эх, судьба казака удалая,
Только больше в степи не гулять
И в печальных глазах я читаю:
“Как же так? Как смогли проиграть?”

За царя, за Петра, за Московию
Песнь прощальная, звон кандалов,
Но другие напишут историю,
Как на плаху взошёл Пугачёв.

Замолчат, извратят и изменят,
Даже Пушкина пыл приструнят,
Украдут у потомков время
Двести сорок годочков назад.

Позабыт навсегда Пётр Третий,
Кто не Карл и не Ульрих, а свой.
За него, не сробев перед смертью,
Емельян заплатил головой.

Беглый вор, тать, изменник, убийца.
Выбирали названья по злей.
Для него Петербург не столица,
А притон лживых, прусских царей.

Погибало Сибирское царство,
Grand Tartariю не уберечь.
Вместе с ней, чтя казацкое братство,
Полегла Запорожская Сечь.

Уходили в маньчжурские дали,
Погибая в киргизских степях.
Проклинали врагов, забывали
И сжигали мечты на углях.

Гой ты еси, царь Пётр Петрович,
После смерти хотя бы носи
Титул тот, что рождает лишь горечь-
Царь, последний, Ордынской Руси.

Сейчас трудно нам в это поверить
И доказывать я не берусь,
Но лишь рад, что при смене империй
Оставалась Великая Русь.