Снаряд прилетел – готова могила В которую вы сложите ваших врагов! Насмерть стоять и жестоко карать! За наших братьев друзей и отцов! Так говорят отцы генералы, так говорит и наш комиссар. понимают они, что нам восемнадцать ещë не умеем убивать? Я видел как падали люди, сражëнные этой безумной войной. Я видел как обезумела мать, от того что сын не вернулся домой. Я видел как смерть, пролетевшая рядом, забрала моего друга с собой. Не увидел лишь я своей гибели правду от безымянной пули, шальной. Снаряд прилетел и вырыл могилы как и сказал нам наш комиссар. Но не ведал он то, что эти могилы были вырыты, только для нас. И пошли мы вперёд, под громкие крики, под радостный клич наш ура! Пошли мы вперёд не ведая что это, что, такое, война. Я видел как падали люди, сражëнные этой безумной войной. Я видел как обезумела мать, от того что сын не вернулся домой. Я видел как смерть, пролетевшая рядом, забрала моего друга с собой. Не увидел лишь я своей гибели правду от безымянной пули, шальной. И вот мы лежим в этих воронках под пропитанной кровью землëй. А за столом который год поднимают молча и с грустью за наш упокой.