Щемящая тоска, да память, как пластинка. Невыпитой любви разбившийся бокал. А я назло судьбе пробрался невидимкой на первый в жизни твой венецианский бал. В разобранной душе ничто не отболело, а кони декабря уже спешат к крыльцу. Но в осени своей ты просто королева. И этот красный цвет, он так тебе к лицу. Пьянящий шелк волос, и строгость чёрной розы. Заметь же в лепестках мерцание свечей! Ведь нету ничего забавнее, чем слёзы, что видимыми вдруг становятся на ней. А помнишь, август пел, совсем не знавший боли, нечаянный мотив «Не отпускай меня»? И было невдомёк счастливым нам обоим, что это говорю тебе как будто я. Под полною луной у самой кромки лета Нас вовсе не страшил осенний календарь… А нынче извини бездарного поэта за то, что ты не с ним поверила в сентябрь. За горечь у двоих один всегда в ответе. И лишь один не спит всё так же под луной. И, кажется, что нет печальнее на свете, чем просто как-то жить отпущенным тобой…