gh

По лезвию бритвы по краю ножа
меж грязно-бетонных мрачных домов
слонялась моя все живая душа
а тело в плену эфемерных оков
не вырваться больно ты видишь распята
в ладони и стопы забили болты
вкрутили донельзя течет не узнать меня
и крест мой бетонный лишь шарж на кресты
срывая все лепестки
ища и не находя
метались по жизни мы
но в ней утонула я
пустынное ложе туман и сквозняк
как будто в воде и как будто горит
так холодно сыро забьется земля
в глаза и ослепну и весело им
не выпустят цепко здесь все бесполезно
толпа диких глупо о чем-то мечтать
где тело там пусто погрузишься в бездну
сквозь толщу не видно, душе не блистать
терновый венок и страх
а злость на саму себя
за то что душа жива и вырваться ей нельзя
за то что играла я
и роль не совсем моя