колыбельная

Я стану наши дни перебирать,
И трогать, и как четками играть
Мгновеньями, минутами, часами.

Я сказку из печальных слов сложу,
На лунный свет разлуки нанижу,
И вдруг пойму, что снова в ночь гляжу
Сухими, воспаленными глазами.

Но главное, Вахтанг, чтоб ты не знал,
Каким нелепым мир внезапно стал,
Как душен он, как безнадежно мал,
Мир, что грустит, ликует и грохочет!

Ты думай, мой дружочек, мой родной,
Что он, как прежде, щедрый и большой.
Пускай владеет он твоей душой,
Волшебней становись от ночи к ночи.

А днем… А днем кто думает о нем?
А днем от жизни этой все возьмем,
Пылающей неистовым огнем,
Дарующей желанья и надежды

От памяти ты заслонись рукой,
И хлынет ночь бесстрашною рекой
В твое окно, а вместе с ней – покой,
И ты уснешь легко и безмятежно.

А я твой стану караулить сон,
Да будет светел он и невесом.
Бессонница пусть твой минует дом,
И горечь тоже проскользает мимо!

Спи мирно, нежностью моей хранимый.