Идет сегодня как вчера И завтра тускло брезжит, Но голубые вечера — Мне шепчут сказки те же… Свеча неяркая горит, И в печке угли тлеют. Вдруг сердце больно защемит И щеки побледнеют. Нахлынет дикая орда Воспоминаний смутных. Я в одиночестве горда! Мечты мои минутны… То на момент склонится мать Над белым изголовьем, И я начну о ней рыдать С тоскующей любовью. То блеск орлиных смелых глаз, Зажжет меня безумьем! Я впадаю всякий раз В глубокое раздумье. То вдруг мечтаю об одном. Чтоб зарыдала скрипка: «Любовь одна, а что потом, То ложь или ошибка!» То вдруг пригрезится тюрьма. Решетка на оконце. А в одиночке я сама С тоской об ярком солнце. И только загорится день, Я слышу крик орлиный. Там ты, в папахе набекрень, На тачке возишь глину. И не проходит даже дня, Чтобы певец-кудесник — Ты не ободрил бы меня Лихой казацкой песней! И только чуть не доглядит Суровый глаз чекиста, Через окно ко мне летит Любовная записка. Любовь под сводами тюрьмы Прекрасна, о, поверьте! Как весело смеялись мы В лицо старух? — смерти! Ты не боялся умирать, О, мой певец-кудесник! И мне уж больше не слыхать — Лихой казацкой песни… Идет сегодня как вчера И завтра тускло брезжит, Но голубые вечера Мне шепчут сказки те же…