Если вижу что-то плохо, сяду ближе я к огню. Всё исправится мгновенно, назовём то дежавю. На Монмартре в полумраке губы тянутся к губам, аромат хрустящей сдобы делим пополам. В тишине Лувра мерцает нежный свет, в дыхании твоем я нахожу ответ. Под аккордеон, сливаясь, мы тонем в темноте, любовь нас обнимает в этой красоте. Солнечный шансон прорвется, в памяти зажжет огни Мулен Руж, где мы кружились, танцевали в ритмах нежных струй. Пусть вечер бесконечно длится, даря парижский наш покой, пусть счастье в сердце постучится, останься рядышком со мной.
Если вижу что-то плохо, сяду ближе я к огню. Всё исправится мгновенно, назовём то дежавю. На Монмартре в полумраке губы тянутся к губам, аромат хрустящей сдобы делим пополам. В тишине Лувра мерцает нежный свет, в дыхании твоем я нахожу ответ. Под аккордеон, сливаясь, мы тонем в темноте, любовь нас обнимает в этой красоте. Солнечный шансон прорвется, в памяти зажжет огни Мулен Руж, где мы кружились, танцевали в ритмах нежных струй. Пусть вечер бесконечно длится, даря парижский наш покой, пусть счастье в сердце постучится, останься рядышком со мной.