Джа

Послушай мой сказ и посланию вне́мли,
И сложится пазл из сотен кусков.
Кто видел хоть раз аравийские земли,
Тот станет навеки частицей песков.
Там прошлое с будущим будто едины,
Топлёное Солнце туманит глаза.
В закат вереницей идут бедуины,
Как прáдеды их шли столетия назад.
И времени ток
ты ничем не измеришь
Я помню, услышал о том в первый раз -
Подсел у костра к нам оборванный де́рвиш,
На хлеба кусок обменяв свой рассказ:
«Здесь тайны покрыты метровою пылью,
Их смертным вовек не дано превозмочь.
Здесь древние сказы становятся былью,
Когда наползает холодная ночь...
...Однажды постигла ужасная карма
Здесь тех, кто вовек не искупит вины.
С тех пор у развалин Джази́ра-аль-Хáмра
Не стоит слоняться при свете Луны.
В далёкие годы, не зная усталость,
Веками трудилась рука палача», -
- Я слушал его, и тогда мне казалось,
Что кто-то незримый стоит у плеча.
Вдруг шёпот Али: «Я один вижу это?..»
И холод подкожный прокрался к спине:
С барханов спускались во тьме силуэты,
Безглавые плечи подставив Луне
Старик на костёр смотрел пепельным взором,
Огонь отражался в застылых глазах
Мы сели тесней, передёрнув затворы
Винтовок, друг другу во тьму указав.
Но кровь застывала предательски в жилах
При мысли о толпах, лишённых голов.
Их души забрали пустынные джинны -
Заблудшие дУхи забытых богов
Мы слышали крики, стенания, вздохи,
Бесплотные плыли туманной гурьбой.
Их тени менялись, менялись эпохи,
Делились своей незавИдной судьбой.
Мы видели, как шло за племенем племя,
Как гибель империй сменяла расцвет.
На наших глазах мимо нас текло время,
Вместив в одну ночь свои тысячи лет.
И тени вокруг лютым роем вращались,
Не брали безглавых ни меч, ни наган.
Несчастные с воем в песок превращались,
Который вздымал в небеса ураган.
Над нами кружились песчаные вихри
И рвали один за другим силуэт
Внезапно - покой. Все видения стихли.
В Джази́ра-аль-Хáмра забрезжил рассвет.
Та ночь посвящалась таинственной тризне,
Но утром привычен стал снова рельеф.
Мы прóжили сотни и тысячи жизней,
За нóчь на десяток годов постарев...
«Что времени ток ты ничем не измеришь,
Почувствуешь с первым седым волоском», -
Сказал мне, прощаясь, таинственный дéрвиш
...И все мы когда-нибудь станем песком...