кукурузники

Гоблин, ебало, ты гнилой консервный нож,
Твой рот — параша, даже мухи плюнут — тошнит во ржи.
Ты бандит? Ты ссыкло, бля, у мамки под крылом,
Кукурузники в башке, а сам с гнилым рублём.
Курва деды твои воевали за дерьмо?
Чтоб ты, падла, здесь позорил их, как вонючее говно?
Ты не боец, ты хуй с горы, обосанный фагот,
У тебя в стволе патроны — только слёзы у ворот!


Миша Джокер, ха, рожу склеил, как гримёр,
Твой смех — как дрель по черепу, ебаный позёр.
Ты шутишь, курва, как гнилой вагины смрад,
Тебя рожала мамка? Врёшь, таких не рожают, брат.
Её прах мы выкурили, чтоб ты не ныл в углу,
Ты мразь без рода, без пизды, засунь свой козырь в дуло.
Мы бандиты, нам похуй, ты — подстилка под дверьми,
Твой Джокер — лысый клоун, без хуя и любви!


Полубокс, о, сука, руки-ножницы, колени — кисель,
Твой удар — как поцелуй сестры в ебаный апрель.
Ты боксировал с подушкой, пока папа пил портвейн,
Теперь грузишь на районе: «Эй, братан, дай перемен».
Твоя мамка сдохла, падла, от стыда за твой ебач,
Ты не боец, ты геморрой, говна липучий мяч.
Курва деды в гробу крутятся, услышав твой эфир,
Ты позор вонючих улиц, доебавший этот мир.

Мы бандиты, нам похуй, мы пришли за вашей жопой,
Гоблин — шлюха, Миша — петушила, Полубокс — уёбок с копной.
Прах мамашек выкурили, теперь дымим отцов,
Вы не банда, вы три хуя, без калибров и яйцов.
Падлы!