один один

Зацветает фиолетовый дурман в наших палисадах,
Жёлтый огонь Вагос не спит в соседнем переулке.
А у «Марабунты» – свой закон, свои нравы,
«Фэмилис» крестит балконы, словно ставки.
Мы делили парки, делили тротуары,
Пули, как монеты, платили за право быть первым.
А копы все смотрели свысока до поры,
Пока мы друг за друга костьми не ляжем.

Но ветер с моря принёс иной закон, иную повестку –
Синий кулак, что стал общим для всех нас, без разбору.

А ну-ка, улица, поднимись!
Эй, встань, гетто, за брата-брат!
Пусть в небо криком рвётся: «Хватит!»
Наш гнев, что проржавел, как засов, сорвался.
За Марабунту, Баллас, за Вагос и Фэмилис –
Сегодня все мы одна сила на всех!

Они стравливали нас как псов, чтоб рухнули твердыни наши,
Чтоб мы за клочок асфальта грызлись, как пираньи.
Но в прицеле их винтовок – не цвет нашей майки,
А общая наша доля, общие наши раны и обиды.
И цепь, что звенела между нами, враги порвали сами,
И из осколков наших душ мы сковали новые крепкие звенья.

И ветер с моря воет уже не в наш, а в их кордоны –
Коповский кулак дрожит, встретив наши общие баррикады.

А ну-ка, улица, поднимись!
Эй, встань, гетто, за брата-брат!
Пусть в небо криком рвётся: «Хватит!»
Наш гнев, что проржавел, как засов, сорвался.
За Марабунту, Баллас, за Вагос и Фэмилис –
Сегодня все мы одна сила на всех!

Это наш город... Слышишь, Лос-Сантос? Это наши улицы...
Сквозь свист резины и треск их громкоговорителей...
Мы – тень, что разбила их чистые витрины...
мы – хаос, который они... который они не смогут укротить!

А ну-ка, улица, поднимись!
Эй, встань, гетто, за брата-брат!
Пусть в небо криком рвётся: «Хватит!»
Наш гнев, что проржавел, как засов, сорвался.
За Марабунту, Баллас, за Вагос и Фэмилис –
Сегодня все мы одна сила на всех!

Гетто... едино...
Забудь свой цвет... помни брата...
Гетто... едино...